Загрузка...
Крейсер «Молотов»
Андрей Сотник
(написал 26.03.2015 http://newsland.com/community/4169/content/kreiser-molotov/3375391)
Немцы готовились форсировать Керченский пролив и высадиться на Таманском полуострове. По данным разведки, в порту Феодосии и у причалов в бухте Двуякорной сосредоточивались десантные плавсредства противника. 31 июля — 1 августа по этим пунктам нанесли удары тральщики и торпедные катера во взаимодействии с авиацией, но командование не было удовлетворено результатами. Поэтому Военный Совет флота спланировал новую операцию: «Молотову» и лидеру «Харьков» предписывалось в ночь на 3 августа 1942 года скрытно подойти в район Феодосии, крейсеру обстрелять порт, а лидеру — Двуякорную бухту. Пополнив запасы, корабли перешли в Туапсе, но здесь их обнаружили самолеты-разведчики.
В 17 ч 38 мин 2 августа крейсер вышел в море, головным следовал лидер «Харьков». Отвлекающий маневр движения кораблей 26-узловым ходом на запад не смог ввести противника в заблуждение: до наступления темноты за ними непрерывно наблюдал самолет-разведчик «Хейнкель-111», скрытности достичь не удалось.
В 0 ч 59 мин 3 августа «Харьков» открыл огонь, выпустив в течение пяти минут пятьдесят девять 130-мм снарядов по Двуякорной бухте. Крейсер в это время уклонялся от атаки торпедного катера и довольно точного огня береговых батарей.
В 1 ч 19 мин «Молотов» подвергся атаке самолета-торпедоносца, через пять минут — еще двух. Несмотря на интенсивный огонь из зенитных автоматов и резкий отворот влево, противник добился успеха: в 1 ч 27 мин одна торпеда попала в корму крейсера с правого борта. И хотя этот торпедоносец зенитчики кормовых автоматов сбили, корабль лишился пятнадцати метров кормовой оконечности, оторванной взрывом до 262-го шпангоута, а вместе с ней и руля с рулевой машиной. Повреждение гребных винтов и правого валопровода привело к сильной вибрации, отогнутые листы обшивки заставляли корабль циркулировать по кругу вправо. Пришлось опытным путем подбирать оптимальный режим работы механизмов: при самых полных оборотах вперед левой машины и малых или самых малых назад правой «Молотов» медленно двигался на юг. «Харьков» прикрывал его с кормы — с самого опасного направления, т.к. луна светила по носу, оставляя темной северную часть горизонта. Тем временем специалисты электромеханической боевой части справились с поступлением воды в кормовые отсеки. Совместным хорошо организованным огнем крейсер и лидер успешно отбивали атаки катеров и самолетов. За время перехода. По кораблю было выпущено около двадцати двух торпед. Лично я с трудом могу себе представить, как корабль с практически оторванной кормовой оконечностью, мог двигаться и вести бой. Аналогов этого беспримерного перехода в военно – морской истории я не встречал. В 21 ч 40 мин корабли отдали якоря на рейде Поти.
А потом начался подвиг. Казалось бы, восстановить поврежденный крейсер вряд ли возможно: судостроительные заводы остались на территории, занятой врагом, а наибольшая подъемная сила имевшегося в Поти плавучего дока составляла лишь 5000 т. Но выход все же нашли. В августе—сентябре 1941 года из Николаева перевели на Кавказ недостроенные корабли, и среди них крейсер «Фрунзе». Хотя строили этот корабль по другому проекту (№ 68), специалисты подыскали место, где обводы обоих крейсеров удачно сопрягались и где к «Молотову» можно было присоединить «чужую» оконечность.
Была осуществлена уникальная операция по стыковки кормовой части другого корабля. «Фрунзе», по факту, стал донором, отдавшим своё сердце и умерев, для того, чтобы жил другой. Разве это не по людски, не по человечески? Испытав отсеки крейсера на водонепроницаемость, его вывели из дока, и дальнейшие работы вели на плаву. Перо руля и его баллер доставили из блокированного Ленинграда через фронтовую Ладогу, Поволжье, Среднюю Азию, Каспий и Закавказье.
Не менее сложный путь проделала и рулевая машина, предназначавшаяся для строившегося в Комсомольске-на-Амуре однотипного крейсера «Каганович». Монтаж ее на месте, восстановление размагничивающего устройства (РУ), предохранявшего корабль от магнитных мин, — эти и другие работы закончили в апреле 1943 года. По сути, вся страна, восстанавливала корабль. И, 28 июля «Молотов» вновь вошел в строй. На память о бое под Феодосией остался невысокий «порожек» на верхней палубе (новая корма была чуть выше оторванной) и укрепленная на этом месте памятная доска.
А вот гвардейского звания достойно воевавший корабль так и не дождался, как, впрочем, и представленный к этому отличию лидер «Ташкент», — герои героями, а все же и на них имелся «компромат»: один из боя вернулся без кормы, другой и вовсе погиб... Как все это знакомо….
